0
Меню
Стань участником

Ваши имя, фамилия:

Эл. почта:

Форма участия:

Что означает для Вас Россия
  •  Родина
  •  Место жительства
  •  Место бизнеса
Ответьте на вопрос
Откуда Вы узнали о нас?
  •  Из интернета
  •  От друзей
  •   Из СМИ
Голосование
Как вы относитесь к тому, чтобы лучших участников системы «ЮНИОЛИМП» поощрять?
  •  Морально
  •  Материально
  •  Не поощрять
Вадим Рябиков. Христианство и Олимпизм

Главная > Публикации > Вадим Рябиков. Христианство и Олимпизм

 


 

Вадим Рябиков. Христианство и Олимпизм

Вадим Вадимович Рябиков – Председатель правления Института Развития Личности «СИНХРОНИСИТИ ЭЙТ» (г.Санкт - Петербург) , психолог, композитор, музыкант, тренер, автор метода "Интерактивный резонанс". Общий стаж работы в психологии и психотерапии – 20 лет. В его активе: NLP, Эриксонианский гипноз, Психоанализ, Арт-терапия, Психодрамма, Групповая терапия, Тренинг коммуникативных навыков, Лидерский тренинг, Стресс-менеджмент, Тренинг креативности, т.д. Начиная с 1995 года и по настоящее время, специализация и успешное применение метода «Интерактивный резонанс» (трансперсональная, глубинная психология и психотерапия).

Современное общество отчаянно пытается нащупать свой путь в будущее. Сталкиваясь с очередной проблемой, оно обращается к своей памяти, пытаясь отыскать в прошлом ее решение. Когда обнаруживается, что решения в памяти нет, возникает старый вопрос: «Быть или не быть?». Причем оказывается, что «Быть» это всегда неопределенность. Пытаясь ее преодолеть, общество закипает, «перемешивая» в себе фрагменты структурной организации прошлых формаций. Это кипение необходимо, для того, что бы синтезировать новое системное свойство, появление которого и будет означать решение старых проблем и переход к новой эпохе. А уж, какой она будет эта эпоха никому не ведомо. Известно только, что после каждого такого перехода общество увеличивает сложность своей организации на порядки.

Вместе с увеличением сложности общественной организации увеличивается и общественное богатство. И оно заключается не столько в освоенных природных ресурсах и не в ценных бумагах, сколько в образцах, в паттернах организации поведения сложной социальной системы в условиях хаотически организованной динамической среды (природной, экономической или социальной). Иными словами, общественное богатство заключены в самом знании общества о том, как организовать, более или менее сносную жизнь в мире подверженном стихийным изменениям и катастрофам.

Так вот, эта самая социальная система ведет себя как самообучающаяся и соответственно целенаправленная. Обучение понимается в смысле повышение эффективности в достижении цели. А цель, как не крути, заключается в преодолении дефицитарности этого мира.

Пытаясь преодолеть ограниченность ресурсов, социальная система увеличивает глубину их переработки. Это сопровождается изменением практической и познавательной деятельности, и, в конце концов, изменением туннеля реальности по которому ковыляет человечество. (Кто бы мог подумать, что источником энергии станет атом, этакая небывальщина. Тем не менее, «атомные» обстоятельства мира очень быстро становятся частью конвенциональной реальности человечества. При этом они открывают путь человеческому сознанию к пониманию квантового состояния Вселенной. А это уже совсем другой Мир, другая реальность).

Необходимость преодоления дефицитарности мира побуждает социальную систему к развитию. Развитие сопровождается накоплением опыта. Когда социальная система обращается к его сокровищнице, то обнаруживается, что, хранимые в коллективной памяти образцы, проявляют тенденцию к самоорганизации и спонтанному самопроявлению. Они обретают импульс к жизни, используя энергию живых людей. Совокупность этих образцов и есть знания системы. «В качестве аттрактора социального знания мы склонны усматривать воздействие организующих и направляющих его идеалов. Идеал понимается как интегральная социально-когнитивная структура, являющаяся смысловой квинтэссенцией системы социального знания. В структуре идеала выделяется три уровня: уровень рациональных манифестаций (идеологий), уровень преобладающих способов обоснования (тип рациональности) и уровень исходного способа переживания субъектом бытия (базисный миф).

В роли системообразующего фактора культуры выступает баланс идеалов и стереотипов, который обеспечивает синергийность развития культуры как целого, не позволяя ей перешагнуть грань эклектики. Этот баланс, по-видимому, поддерживается в глубинах общественного сознания и психологии, главным образом, на уровне цивилизационной и национальной самоидентификации людей и групп» (Лебедев С).

Поскольку онтогенез, повторяет филогенез, в обществе все время обнаруживаются сообщества, которые воспроизводят фрагменты структурной организации прошлого. С определенным допущением можно сказать, что эти сообщества и есть форма существования памяти системы. При этом общество как целое, частями которого являются эти сообщества, делает выбор в соответствии со своей целью. Для осуществления этого выбора общество может использовать различные основания и применять различные процедуры.

Процедуры выбора могут быть основаны на четырех принципах. Принцип фундаментализма (непримиримости), компромисса, арбитража, синтеза. «Первый принцип проповедует культ победы ("никаких уступок противнику - борьба до победного конца!") Полная победа предполагает полную и безоговорочную капитуляцию побежденного, причем не только в физическом, но и в духовном смысле. Духовное поражение побежденного означает отказ его от своего идеала, ради которого было принесено так много жертв, и принятие идеала победителя. Триумф победоносного полководца в древнем Риме с его разработанным до мелочей торжественным ритуалом воплощал этот культ победы в истории наиболее ярко и последовательно.

Принцип компромисса предполагает поиск взаимных уступок и готовность в чем-то "поступиться принципами", т.е. отступить от каких-то нормативов борющихся идеалов. Принцип арбитража означает взаимную нейтрализацию альтернативных идеалов и передачу выбора "третьей силе" (постороннему идеалу, отличному от участвующих в борьбе). Наконец, принцип конвергенции требует для выхода из критической ситуации формирования нового идеала на основе синтеза борющихся идеалов (Бранский В.П.).

Когда социальная система обретает будущее, она проявляет, вновь возникающие, эмерджентные свойства. Свойства, которые до того не обнаруживались ни в одном элементе системы. Проявление этих свойств осуществляется, как корпоративный, синергетический эффект.

Шагнуть в будущее, это, значит, сделать выбор в пользу неизвестного. Это, значит, создать то, чего сегодня нет. Будущее оказывается доступным только обществу с высоким уровнем синергии. Высокий уровень синергии отмечается преобладанием принципа синтеза в процедурах осуществления социального выбора.

Общество, построенное на принципах фундаментализма, не имеет будущего и не способно преодолеть дефицитарность этого мира. Господство одного идеала над другими уменьшает синергию системы и препятствует появлению нового свойства. Мало того, общество, построенное на принципах фундаментализма, неизбежно уничтожает свое прошлое. Разрушение памяти происходит в направлении от настоящего к прошлому. Судя по всему, принцип непримиримости это атрибут дочеловеческой области психики. Человеку свойственно сочувствие и эмпатия. Эффективность человека как охотника заключалась не в быстроте ног, а в способности воспроизводить в себе состояние жертвы и предвидеть ее поведение. Охотник тогда стал человеком, когда образовывал обратную связь с жертвой. Через эту обратную связь он узнал не только намеренье жертвы, но и ее боль и ужас. Способность к сочувствию сделала из охотника человека.

Став человеком, охотник пытается исцелить эту боль. Сочувствие и способность к эмпатии движет человеком и побуждает его идти на компромисс с противником, или привлекать арбитра для разрешения конфликтов и споров. Принцип фундаментализма и непримиримости исключает сочувствие и эмпатию.

Если сообщество руководствуется этим принципом, оно образует себя вокруг качеств Зверя. (Вспомните всех этих Грифонов в геральдических знаках).

Для того, что бы общество «нащупало» свое будущее, оно должно повысит в себе синергию.

Идеалы и образованные вокруг них структуры знаний, ценностные системы и обусловленные ими поведенческие паттерны должны находиться друг с другом в синергетическом взаимодействии, порождая новое качество, новую организацию, новую целостность.

Целостность не подразумевает единообразие. Она должна не только «вмещать» в себя все многообразие накопленного человечеством опыта, но и предполагать его дальнейшее расширение.

За тысячелетия своего существования общество накопило в себе огромные знания.

История отношений между Христианскими идеалами и идеалами Олимпизма интересна тем, что, будучи связанными, с противоположно-направленными системами потребностей человека (Альтруистические и Эгоистические) она своим развитием означивают развитие синергии в человекоразмерной системе.

В дефицитарном мире ресурсов на всех не хватает. Эгоистические потребности побуждают человека занять наиболее выгодное положение в человеческом сообществе. Конкуренция и эгоизм порождает враждебность между членами сообщества. Эта враждебность несет в себе угрозу для его целостности. Целостность обеспечивается альтруистическими потребностями человека, которые побуждают его пожертвовать своими интересами ради сообщества. Следуя альтруистическим ценностям человек, восстанавливает жизненно-важную связь с целым.

Эгоистические потребности предопределяют ценности самоутверждения. Альтруистические потребности предопределяют жертвенные ценности. Конфликт между эгоистическими и альтруистическими потребностями является необходимым условием для изменения уровня синергии в человекоразмерной системе.

Самая древняя форма компромисса между эгоистическими и альтруистическими тенденциями – состязание. Совершенно очевидно, что спортивные состязания возникают, как способ сублимации агрессии сопровождающей внутривидовую конкуренцию. Определенной исторической достоверностью обладает предание, по которому элидский правитель Ифит, уставший от постоянных междоусобиц и раздоров, обратился к дельфийскому оракулу с вопросом, как их прекратить. И получил ответ: возобновить забытые Олимпийские игры. Ифит предложил царю воинственной Спарты Ликургу учредить состязания, во время которых бы устанавливалось священное перемирие — экейхерия. По условиям заключенного договора за нарушение перемирия налагался крупный денежный штраф и, что было еще страшнее, виновные лишались права участвовать в Олимпийских играх. Реальность этого факта подтверждает древнегреческий историк Павсаний, который писал, что еще во II в. н.э. медный диск, на котором был начертан устав перемирия, заключенный между Ифитом и Ликургом, хранился в одном из храмов Олимпии.

По предположениям ученых Ифит и Ликург жили примерно в IX в. до н.э., т. е. раньше официальных сроков учреждения Олимпийских игр. Но и они лишь возобновили проведение игр. Состязания в Олимпии проводились и раньше. Надо полагать, что в долине Алфея задолго до Олимпийских игр проходили ритуальные состязания в честь посвящения юношей в воины. Но они носили местный характер. Ифит и Ликург придали им национальное значение. История нуждается в достоверной точке отсчета. Такой точкой стал первый памятник, поставленный в Олимпии победителю состязаний. Поэтому 776 г. до н.э., когда Корэб из Элиды опередил всех соперников в беге на один стадий, официально считается годом начала проведения Олимпийских игр.

Возникнув, как составная часть религиозно-культового ритуала, Игры на протяжении всего существования были посвящены Зевсу – громовержцу и тем самым объединяли все греческие земли. По представлениям греков, через состязания происходило общение людей с богами. Именно боги даровали победу достойнейшим. Но для того, чтобы добиться расположения богов, следовало заниматься самосовершенствованием физическим и духовным, не совершать плохих поступков и т.д. В то же время победитель состязаний как бы получал божественный знак особого расположения, что позволяло приравнивать его к самим богам.

Олимпийские игры оказывали существенное влияние на развитие греческой культуры. При этом можно выделить два аспекта. Во-первых, в Элладе сложился культ прекрасного обнаженного тела. Атлеты тренировались и состязались обнаженными. Стыд наготы считался признаком варварства. Греки почитали загорелое, тренированное обнаженное тело выражением высокого уровня культуры.

Во-вторых, во время Игр съезжались со всех уголков Эллады выдающиеся философы, поэты и ученые, что содействовало дальнейшему развитию поразительного феномена греческой культуры. Перед многочисленной аудиторией выступали великие философы Платон, Сократ, Диоген, Гераклит, отцы истории Геродот и Фукидид, основоположник медицины Гиппократ, классики древнегреческой поэзии Софокл, Пиндар, Еврепид. Философские беседы, поэтические и ораторские выступления, созерцание шедевров архитектуры и искусства, восхищение красотой и физическим совершенством атлетов формировали и развивали единую греческую культуру. При сохранении специфики развития и своеобразия различных греческих полисов, без давления какой-либо централизованной власти именно здесь, на празднествах, естественным образом формировалось национальное самосознание греков. Это было сознание высокой общественной цивилизации, духовной и физической культуры, сознание превосходства над рабами и соседними варварскими народами.

В период расцвета Античной Греции Олимпийские игры выполняли целый ряд социальных функций кроме состязательной: религиозную, культурную, воспитательную, экономическую, политическую, зрелищную.

Однако, за что же боролся олимпиец? Каким ценностям он следовал?

Как поучал Солон непросвещенного скифа в произведении Лукиана: «... кто получит венок, получит в нем все доступное человеку счастье: я говорю о свободе каждого человека в частной жизни и в жизни его родины, говорю о богатстве и славе, о наслаждении отеческими праздниками, о спасении своих домашних и вообще о самом прекрасном, чего каждый мог бы себе вымолить у богов; все это вплетено в тот венок, о котором я говорю, и является наградой того состязания, ради которого происходят все эти упражнения и эти труды» 2 (Лукиан. Анахарсис, или Об упражнении тела. Сочинения т.1, с.332). Совершенно очевидно, что олимпиец следует ценностям самоутверждения.

Прекращение проведения античных Олимпийских игр было связано с изменением господствующей религии, а вместе с ней и мировоззренческих позиций. В условиях усиливающегося кризиса рабовладельческого строя в Римской империи зародилась и набрала силу новая религия – христианство. Одно из сфер, в которых происходила борьба между старым греко-римским духовным миром и новым христианским мировоззрением, была физическая культура. Став государственной религией, христианство признало в состязаниях и народных празднествах проявление язычества и «греховной телесности", поэтому они подвергались жестоким гонениям со стороны церкви и государства. Запрет проведения Олимпийских игр историки связывают с именем императора Феодосия I, который принял свод законов по борьбе с язычеством (кодекс Феодосия). В 392 г. Феодосий издал эдикт (закон), запрещающий все религиозные церемонии, каким бы характером они не отличались. Под этот запрет могли подпадать Олимпийские игры и другие состязания атлетов http://lib.sportedu.by/olimpicgames/title/olimp_nachalo.htm).

Сооружения и храмы Олимпии были разрушены. Землетрясения и неумолимое время завершили этот процесс. Олимпия и великий праздник, проводившийся здесь, были преданы забвению на века.

Какие же ценности распространило христианство?

Бог воплотился, т.е. явился в мир в образе человека Иисуса, чтобы любой человек мог стать Богом. Главным стремлением христианина является обретение свойств Бога. На меньшее христианин не может и не должен рассчитывать, потому что обожение единственный путь к спасению и обретение жизни вечной. Христианство религия спасения. Цель и смысл жизни каждого христианина состоит в полном преображении своей земной природы. Это преображение достигается, в основном, благодатным подражением Христу.

Поведение Христа носит жертвенный характер. Христианство поддерживает жертвенные ценности.

Олимпизм и Христианство ориентируют человека на движение к совершенству, но по разному понимают его суть. Естественно, что и на пути к совершенству Олимпизм и Христианство используют различные движущие силы.


Христианство

* Преобразиться с Божьей помощью.
* Отречься от Мира.
* Руководствоваться Божьей волей, служить ей.
* Победа над собственными страстями.
* Все зависит от Бога, но случается не без участия человека.

Олимпизм

* Самосовершенствоваться.
* Изменить Мир под себя.
* Добиваться расположения Богов ради получения личного выигрыша.
* Победа над противником.
* Все зависит от человека, в том числе и расположены к нему Богов.

Олимпийцем движет воля к победе, христианином благодать и свобода воли. Независимо от выбора пути, которым осуществляется процесс обожения, для его благополучного исхода требуется, образно выражаясь, согласованность действий «двух крыльев» - благодати и свободы воли. Для стяжании благодати и правильного свободного выбора действий необходимо избавиться от зла, ведь «добро не входит в душу злохудожну». Причем для христианина «без любви нет истинного знания, а без него невозможны правильные действия в рамках данной нам свободы воли, ни стяжание благодати, так что любовь можно назвать «подъемной силой» этих уже упоминавшихся ранее «двух крыльев», поднимающих человека к Богу. Причем, благодать, как и Бог, не ограничивает свободы человеческой воли, а стяжание благодати независимо от поступков даже самых благих, т.к «Св. Дух дышит, где хочет». С другой стороны – действия крыльев должны быть согласованы. На определенной ступени преображения христианин видит свет преображения, Фаворский свет. Свет здесь не просто терминология, не удобная метафора, это – реальный свет божественного озарения.» (Л.Кукушкин Добротолюбие. М. 2001).

«Любовь есть Бог (Иоан. 4, 8); а кто хочет определить словом, что есть Бог, тот, слепотствуя умом, покушается измерить песок в бездне морской.

Любовь по качеству своему есть уподобление Богу, сколько того люди могут достигнуть; по действию своему, она есть упоение души; а по свойству источник веры, бездна долготерпения, море смирения.

Любовь собственно есть отложение всякого противного помышления; ибо любы не мыслит зла (1 Кор. 13, 5).

Любовь, бесстрастие и сыноположение различаются между собою одними только названиями. Как свет, огонь и пламень соединяются в одном действии, так должно рассуждать и о сих совершенствах.

По мере оскудения любви бывает в нас страх; ибо в ком нет страха, тот или исполнен любви, или умер душою». (Лествица).

При этом для получения спасения человек должен преодолеть зависимость от чувственных наслаждений, пожертвовав мирским.

Максим Исповедник так писал об истинной молитве: «Ум человеческий, желая дойти до Бога, не должен быть порабощен вещами чувственными в деятельной жизни и не задерживаем предметами мысленными в жизни созерцательной; и как тело, умирая, совершенно отделяется от житейских вещей, так и ум в действии совершеннейшей молитвы отторгается от всех мирских помышлений; и если не умирает таковой смертью, то с Богом быть и жить не может».

Следует отметить, что Христианские идеалы, не помешали христианам активно преображать мир, целенаправленно уничтожая языческие храмы, сжигая на кострах еритиков. Это еще раз показывает, что поведение человекоразмерной системы определяется не только идеалами, но и самой процедурой выбора, (то есть селектором), которая зависит от уровня синергии в системе.

Олимпийской движение, остановленное распространением христианской культуры в четвертом веке (392 г. н.э.), было возобновлено пятнадцать столетий спустя (1894г.) благодаря усилиям общественного деятеля барона Пьера де Кубертена.

Это была эпоха индустриального развития общества, когда на смену традиционному укладу жизни пришли новые жизненные стандарты, ну и разумеется новые системы ценностей. Индустриальное развитие общества сопровождает развитие естественных наук и связанного с этим атеистического мировоззрения. Возобновленный олимпизм не связывается с религиозной доктриной и понимается как путь совершенствования человека, имеющий целью обретение гармонии между телом, разумом и волей. Уровень синергии в обществе возрастает, что отмечается, в том числе и возникновением компромисса между христианскими ценностями и ценностями олимпизма. Поскольку 19-ый век это эпоха бурного развития частного предпринимательства, то ценности личного успеха проявляются в это время с особенной силой. При этом, европейское общество ищет возможности осуществления личного успеха не за счет других.

Конец двадцатого века ознаменован переходом к постиндустриальному обществу. Общество активно перебирает свой тезаурус. Появляются новые и новые мировоззренческие системы. Мультикультурализм и полипарадигматизм становятся привычными явлениями в жизни общества.

Возникает множество теорий, описывающих индивидуальное развитие личности и эволюцию сознания исходя из наблюдаемых, эмпирических данных. Пиаже (Piaget) наблюдал за когнитивной линией развития, Кольберг (Kohlberg) – за моральным развитием, Левингер (Loevinger) – за развитием самосознания, Маслоу (Maslow), - за развитием потребностей, Грэйвс (Graves) – за развитием системы ценностей.

Было замечено, что большинство людей в своем развитии проходят через определенные стадии, причем некоторые проходят дальше, а некоторые «застревают». Исследования в культурах, отличных от культуры Запада показали, что для людей в них характерны те же стадии, с той лишь разницей, что в менее развитых культурах большая часть населения находится на более ранних стадиях развития (хотя это не исключает появления в этих культурах отдельных мыслителей более высокого порядка).

Каков критерий более высокого порядка? Основным критерием является относительная сложность системы. По мере эволюционного развития системам свойственно усложняться. История общества сама по себе сопровождалась ростом сложности примерно в миллион раз. Если архаичные общества могут состоять из сотен или тысяч человек, то современное общество не может существовать при числе членов менее 100 миллионов, причем в последнее время и этого количества становится явно недостаточно для реализации наиболее сложных технологий.

Стоит особенно отметить, что в системах накапливается не произвольная сложность, а сложность, которая позволяет системе более эффективно функционировать в рамках внешней системы. Для животного это будет экосфера, для человека – общество, а для страны – совокупность других стран, с которыми налажены культурные связи.

Что дает основания провести аналогию между стадиями индивидуального развития и общественными стадиями? Дело в том, что сознание человека является культурно-обусловленным, в обществе действуют механизмы наследования уровня мышления, вертикальной передачи идей. Каждое следующее поколение наследует идеи предыдущего, что дает ему возможность легче перейти на следующий уровень своего развития. Таким образом, если сегодня мы видим, как отдельные индивиды развиваются в то, что нам кажется более сложными и высокими стадиями, мы можем предположить, что все общество в дальнейшем последует за ними.

В 1970-90-х годах американский психолог Клер Грэйвс*, а затем его последователи, Крис Коуэн (Chris Cowan), Дон Бек (Don Beck) и Кен Уилбер (Ken Wilber) разработали новую социально-эволюционную теорию, названную впоследствии теорией спиральной динамики. Уровни развития в теории Грэйвса описываются через парадигмы сознания (которые для удобства кодируются различными цветами от бежевого до желтого). Эти парадигмы сознания, или ценностные комплексы, включающие в себя духовные верования, культурные идеи, моральные принципы, модели обучения и т.д. возникают по мере возникновения потребности в них в процессе социокультурной эволюции.

Грэйвз решил выбрать некоторую область человеческого поведения, относительно которой существуют серьезные разногласия, множество разных точек зрения, и посмотреть, что можно сделать. Он выбрал для этого концепцию психически здорового человеческого существа. (Популярная тема в 50-х гг в США -- тут можно вспомнить концепцию самоактуализировавшегося человека по А.Маслоу, полнофункциональной личности по К.Роджерсу и т.п.) Важно понимать, что Грэйвза интересовало не столько содержание этих концепций, сколько то, как они взаимодействуют между собой.

В качестве подопытных он использовал студентов, изучавших под его руководством курс психологии личности. В течение восьми лет (с восемью разными наборами студентов) он собирал данные. В первой части курса студенты просто обсуждали между собой (и под наблюдением Грэйвза) концепцию здоровой личности, формулируя свои мнения. Затем они писали и подавали ему изложение своей концепции.

Дальше начиналось самое интересное. Грэйвз случайным образом формировал из студентов группы, где каждому предстояло защитить свою концепцию (сам исследователь обычно наблюдал за этим процессом через зеркальное стекло, оставаясь невидимым для группы). Потом студенты снова излагали на бумаге свою позицию, объясняя, как и под влиянием чего она изменилась или же почему она осталась прежней.

Затем все повторялось еще раз, но теперь Грэйвз знакомил студентов с различными взглядами на этот вопрос, принадлежавшим признанным авторитетам в данной области.

В заключение Грэйвз лично беседовал со студентами, обсуждая, как и что в течение данного курса влияло на изменение их убеждений. Письменные работы студентов он показывал независимым экспертам (каждый год разным), предлагая классифицировать эти взгляды -- по любому признаку, если это возможно.

Результаты были ошеломляющими. В первых исследованиях большинство предъявленных концепций поведения здоровой личности попадало в две категории с двумя подкатегориями в каждой:

"жертвенная" категория (меняю себя, приспосабливаясь к миру):

* пожертвовать чем-то, чтобы получить награду позднее (нужно усердно работать, чтобы добиться чего-то; вести праведную жизнь, чтобы попасть в рай);
* пожертвовать чем-то, чтобы получить что-то другое сейчас же (я иду в кино с другом, но не на тот фильм, на который хочу я, а на тот, на который хочет он, чтобы получить его признательность).

"экспрессивная" категория (меняю мир, приспосабливая его к себе):

* выразить, проявить себя, как я хочу, расчетливо и за счет других;
* выразить себя, как я хочу, но не за счет других людей.

В исследованиях начала 60-х гг Грэйвз получил доступ к более широкому кругу испытуемых и ему удалось выделить еще одну экспрессивную категорию (следы которой, фактически, присутствовали и в ранних данных), а именно: выразить себя импульсивно, любой ценой. (Мир -- это джунгли, где выживает сильнейший, и каждый нормальный человек это знает) и получить данные, указывавшие на жертвенную категорию, которую можно было бы описать как приспосабливаю себя к базовым, экзистенциальным принципам мира.

Анализируя данные, Грэйвз выявил множество зависимостей поведения субъектов от их убеждений о нормальной личности. Например, представители группы жертвую сейчас ради награды позднее легче изменяли свои суждения под влиянием мнения авторитетов. А те, кто принадлежал к группе проявляю себя за счет других, изменялись лишь под влиянием информации, которую добывали сами. Принадлежащие к группе выражаю себя, но не за счет других реагировали на информацию независимо от источника.

Однако удивительнее всего было другое. Когда убеждения субъекта изменялись, то они изменялись не случайным образом, а в определенной последовательности.

Категория выразить себя импульсивно, любой ценой переходила в пожертвовать чем-то, чтобы получить награду позднее. В свою очередь, эта категория переходила в проявляю себя обдуманно, за счет других, она -- в жертвую одним сейчас ради другого сейчас же, а эта -- в выражаю себя, но не за счет других.

В течение нескольких лет Грэйвз продолжал исследования своих подопытных. Он провел их через множество разнообразных психометрических тестов, имитационных проблемных ситуаций и пр. Особенно показательными оказались результаты тестов на гибкость поведения (испытуемым предъявлялись проблемные ситуации, y которых есть много возможных решений). Результаты, показанные испытуемыми, прямо зависели от того, где в последовательности категорий они находились.

Так, группы, составленные из людей, относившихся к последней, шестой категории (выражаю себя, но не за счет других), генерировали больше решений проблемы, чем все остальные группы, вместе взятые! Кроме того, качество их решений было лучше, и приходили они к ним быстрее. И при этом результаты других тестов не показывали никаких существенных отличий ни в интеллекте, ни в темпераменте, ни в чем-то другом.

Десятилетия дальнейших исследований привели Грэйвза к построению того, что он называл скачкообразной, циклической, спиральной моделью развития взрослой психобиосоциальной системы. По мнению Грэйвза, человеческая природа движется по пути развития от одного равновесного состояния к другому. Каждое состояние добавляет новые элементы к тому, что было до него, одновременно образуя базу для следующего состояния. Каждый такой уровень человеческого существования определяет свой уникальный набор фильтров восприятия, предлагая конкретную систему взглядов на мир, конкретную систему ценностей. Что, в свою очередь, ведет к разным процессам принятия решений, принципам организации, идеологии и т.п.

Вот краткое описание уровней существования, проявившихся до настоящего времени.

1. Охотники-одиночки. Экспрессивный тип. Цель - биологическое выживание. Работают только базовые биологические инстинкты - голод, размножение и т.п.

2. Племя. Жертвенный тип: индивидуальность приносится в жертву выживанию племени. Цель - безопасность, выживание племени, семьи. Мир воспринимается полным духов, загадочных сил, которые следует ублажать.

3. Боги и герои. Экспрессивный. Попытка гиперреализации себя, импульсивно, любой ценой. Цель - личная власть, расширение сферы контроля. Мир - это джунгли, выживает сильнейший. Время великих путешественников и героев.

4. Жертва ради идеи. Жертвенный. Пожертвовать чем-то, чтобы получить награду позднее. Свои желания приносятся в жертву идее, высшему порядку. Чувство долга. Цель - стабильность, порядок, соблюдение ритуалов. На этом уровне появляются крупные религии, преследование ересей и т.п.

5. Большая игра. Экспрессивный. Проявляю себя обдуманно, в том числе и за счет других Реализация себя в конкуренции с другими, причем собственно процесс ценится выше результата. Проигравшему потом возвращают проигрыш, чтобы сыграть еще раз. Появляется профессиональный спорт, конкурсы красоты и т.п. Цель - успех, влияние.

6. Человек превыше всего. Жертвенный. Жертвую одним сейчас ради другого сейчас же. Жизненное кредо - бесплатных пирожных не бывает. Внимание к потребностям других людей. Появляется концепция экологии. Давайте лишимся завода, но будет чистый воздух. Цель - гармония, взаимный рост, сотрудничество.

7. Интеграция. Экспрессивный. Выражаю себя, но не за счет других. Стремление к интеграции конфликтов, удовлетворению всех потребностей. Цель - независимость, свобода, достоинство, интеграция в глобальную систему. Системный подход, учет контекста.

8. Глобальное сознание. Пока что характер этого уровня не вполне ясен. Жертвенный тип. Приспособление себя к базовым принципам устройства мира. Глобальное сообщество, восприятие человечества как целого, интеграция на уровне культур.

Каждая очередная стадия развития удовлетворяет потребности, которые не были удовлетворены (или подавлялись) предыдущей ступенью развития цивилизации. Принципиальное отличие от социального дарвинизма здесь заключается в холическом подходе – каждый следующий уровень развития общества в ней рассматривается как очередной уровень холархии, включающий в себя предыдущий. В итоге, высшие уровни развития общества не отрицают, а включают в себя предыдущие.

Согласно теории спиральной динамики, на верхнем уровне культурной холархии существуют так называемые ценностные мемы высшего порядка – в английской терминологии vMeme (далее – цМемы). Каждый цМем представляет собой систему ценностей, которая в конечном итоге вызывает определенные верования, социальные группирования, паттерны мотивации, организационную динамику, цели. Если мы искусственно пытаемся привнести в общество решения или структуры, соответствующие цМему, отличному от того, на котором находится общество, они будут отторгнуты. Модель является иерархической, то есть цМемы в ней идут в порядке нарастающей сложности, но при этом открытой, то есть конечная точка неизвестна. На сегодняшний день описаны восемь уровней холоархии, которые представлены ниже.

1) Бежевый – автоматическое, инстинктивное мышление.

Уровень каменного века, не особенно распространенный сегодня на планете. На этом уровне доминируют инстинкты выживания, человек ведет себя в целом как животное, хотя и самое умное. Социальная организация: небольшие племенные группы. Этика: отсутствует. Этично то, что способствует выживанию. Современные примеры: новорожденные и очень старые люди. Предпосылки к переходу на новый уровень: осознание себя как личности, постижение причинно-следственных связей, озабоченность выживанием, которое требует группового взаимодействия.

2) Фиолетовый – анимистичное, племенное.

Анимистическое, магическое, приземленное мышление. Индивидуум подчиняется интересам группы. Акцент на групповых ритуалах и поклонению духам. Кровные связи очень сильны. Сильная власть шаманов/вождей. Этика: этично все, что идет на пользу племени. Современные примеры: племена Африки. Предпосылки к переходу: появление доминантного эго, личности, которая сильнее группы, ограниченность ниш для существования.

3) Красный – эгоцентричное, силовое.

Жесткий авторитаризм, проявляется в рабовладельчестве или подобных формах эксплуатации неквалифицированной рабочей силы. Власть через лидера и нескольких вассалов (двухуровневая модель). Убеждение, что люди ленивы и их нужно заставлять работать. Настоящие лидеры подавляют в себе человеческие эмоции. Характерен для ранних государств. Этика: сильный прав. Современные примеры: уличные банды, африканские королевства. Предпосылки к переходу: признание власти морали, поиск смысла и цели жизни, увеличение дальности планирования.

4) Синий – абсолютистское, священное.

Патриотичное мышление, единственно верный способ думать, подчинение власти, навязывание чувства вины за несоответствие групповым нормам, самопожертвование во имя высшей цели. Активная защита «своих» от посягательств «чужих». Хорошо работает в индустриальных экономиках. Появление сложных иерархий. «Мыслить локально – действовать глобально». Этика: религиозная или квази-религиозная. Современные примеры: пуританские штаты США, современные конфуцианские китайские семьи, исламские государства. Предпосылки к переходу: поиск лучшего выбора из многих альтернатив, поиск счастья в этой жизни, обнаружение ошибок церкви/руководства.

5) Оранжевый – материалистическое, ориентированное на достижения.

Рационализм, частное предпринимательство во имя собственного блага, экономическая мотивация, конкуренция улучшает производительность и качество товаров, способствует росту. Возможно, доминирующий цМем в современной Америке. «Мыслить локально – действовать локально». Этика: светский закон превыше всего. Современные примеры: «капиталисты» США, Западной Европы. Предпосылки к переходу: обнаружение того, что материальное благосостояние не приносит счастья, обновленное чувство коллективизма, недовольство конкуренцией и неравенством.

6) Зеленый – социоцентрическое.

Акцент на совместном росте, равенстве, гуманизме, толерантности, стабильности, внимании к вопросам окружающей среды. Мотивация – человеческие отношения и обучение. Ценятся открытость и доверие, а не конкуренция. Лидера становятся менее автократическими, иерархии размываются. Эффективность падает, наступает стагнация. «Мыслить глобально – действовать глобально». Этика: законы важны, но они должны служить благосостоянию всех. Современные примеры: социальные государства Европы, Гринпис, левое движение. Предпосылки к переходу: слишком высокая стоимость коллективных решений, необходимость конкурировать с системами, несущими меньшее количество социальных обязательств.

7) Желтый – системное, интегрирующее.

Мотивация обучением, акцент на росте, изменениях, вызовах. Системное мышление, экология уходит на второй план (но сохраняется), на первых план выходит эффективность системы. Признание ценности хаоса и самоорганизации. «Мыслить глобально – действовать локально». Этика: этика является предметом договора между людьми, а не государства. Современные примеры: компании высокотехнологичного сектора. Предпосылки к переходу: поиск порядка в хаосе, поиск направляющих принципов, соединение духовности и физики.

8) Бирюзовый – глобалистское, модернизаторское.

Синергетическое, голографическое мышление, возможность в полной мере видеть достоинства и недостатки предшествующих уровней, интегрируя их в единую целостность. Современные примеры: теория Гайи, «глобальная деревня», идея плюралистической гармонии Ганди (http://nlping.ru/?id=716F4063-F45B9-4B9C778A).

Идеалы олимпизма связаны с ценностями личных достижений и индивидуального успеха. Они поддерживаются потребностями в самоутверждении ( в том числе в самоутверждении любой ценой, и за счет других).

Идеалы Христианства отвечают потребностям человека в служении Единому и чаще всего связываются с ценностями жертвенности.

При низком уровне синергии человекоразмерной системы эти идеалы находятся в состоянии самоповреждающегося борения.

При этом ни личные ни социоцентрические ценности не получают естественного развития и реализации.

Удовлетворение эгоистических потребностей осуществляется за счет повреждения альтруистических потребностей и наоборот.

Дальнейшее развитие общества возможно только в условиях возростающей синергии. Сегодня, Христианские и Олимпийские ценности находятся в состоянии компромисса. Подъем синергии будет сопровождаться синтезом нового качества и расширением многообразия форм социального поведения. Для этого необходимо синергитичное взаимодействие всех ценностных систем и сообществ ориентированных на них. Общество испытывает потребность в рефлексивной площадке, которая обеспечила бы условия для проявления эмерджентных свойств. СМИ, создавая информационное пространство для этого взаимодействия, способствуют удовлетворению этой потребности и намечают тенденции ведущие общество к будущему.

© 2009 «Юниолимп»     Создание сайтов — Фортун